Президентские выборы

В предлагавшихся списках фигурировали и неизменный Эдгар Сависаар, и Андрус Ансип, и евродепутат Индрек Таранд и др. «Тяжёлую артиллерию» представлял, безусловно, Сийм Каллас, а в качестве «свежего лица» появилась снискавшая популярность на посту главы МИД Марина Кальюранд. Каллас считался фаворитом, но проведённый под занавес 2015 года опрос показал, что в списке кандидатов лидирует, причём с большим отрывом от остальных, Кальюранд. И хотя президентские выборы у нас не всенародные, формально беспартийная и не политизированная министр иностранных дел более-менее устраивала всех политических игроков, а уж по части политкорректности у неё и вовсе не могло быть соперников – женщина, русская по происхождению, добившаяся таких высот в эстонском государстве! Она выглядела очень сильным козырем в колоде тех, кто не придерживался крайне консервативных и национально-охранительных взглядов. Смущало лишь то, что Кальюранд могла быть выдвинута на парламентский раунд только Партией реформ. А там был ещё Каллас. Реформисты очень долго разыгрывали комбинацию из трёх карт (ещё и Урмас Паэт) и, в конце концов, приняли «соломоново решение»: Каллас идёт на парламентский раунд, а Кальюранд было обещано выдвижение в коллегии выборщиков, если дело до этого дойдёт. Решение было, мягко говоря, странным, поскольку трудно было предположить, что Каллас не пройдёт в коллегию выборщиков. Кальюранд, которая выдвинулась как независимый кандидат, выбыла из борьбы в первом туре. Но и Калласу и его сопернику во втором туре Аллару Йыксу не хватило голосов, и впервые выборы вернулись в парламент.

Чтобы избежать повторения конфуза, депутаты постарались найти совсем уж «консенсусного» кандидата и нашли мало кому известную Керсти Кальюранд.Не исключено, конечно, что через годы она запомнится как самый лучший и разумный глава государства, но эндшпиль президентских выборов, разыгранный парламентом в позиции цугцванга, вызвал всплеск подзабытой было критики системы президентских выборов в Эстонии, которую подхлестнуло охватившее многих избирателей ощущение, что их одурачили.